Следующая новость
Предыдущая новость

Люди по лесу ходят разные

27.07.2018 22:39
Люди по лесу ходят разные

Почти восемь лет назад сгорел тольяттинский лес. Накануне очередной годовщины тех печальных событий (а начались они 30 июля) я решил проехаться по местам, где когда-то полыхали деревья и кустарники, а пожарные при поддержке авиации вели неравный бой со стихией. Кстати, в этом году ситуация тоже непростая, а представители МЧС уже несколько раз докладывали о возгораниях, предупреждая граждан о недопустимости разжигания костров.

К сожалению, некоторые тольяттинцы добрых слов не понимают, продолжая тащить в лес мангалы, уголь, шампуры и прочие принадлежности для приготовления горячей закуски на костре. Не берусь утверждать, что именно шашлычники являются виновниками периодически возникающих возгораний, однако зачастую случается так, что люди собираются домой уже в сумерках, теряют часть вещей и забывают потушить угли хотя бы каким-нибудь способом. Дошло до того, что в летний период на основных дорогах, ведущих в лес, теперь стоят сотрудники департамента общественной безопасности, высматривающие людей с мангалами. Просто гуляющих стараются не тормозить, хотя, согласно подписанному постановлению мэра, вход в лес запрещен для всех без исключения.

На велопрогулку я решил отправиться утром (после обеда на сайте «Гисметео» обещали дождь), рассчитывая совместить полезное (то есть фоторепортаж) с приятным – сбором дикой малины, кусты которой можно встретить в разных частях сгоревшего леса. Начал свой путь традиционно от опушки в 14а квартале, не забыв заглянуть на расположенное там незаконное кладбище домашних животных. Если не ошибаюсь, существует оно уже лет пятнадцать и насчитывает несколько сотен могил, количество которых продолжает увеличиваться, несмотря на запреты властей. Поговаривают, что где-то неподалеку откопали череп большой собаки и, по ошибке приняв его за человеческий, едва не возбудили уголовное дело.

Кроме меня на кладбище в тот момент была какая-то женщина, принесшая цветочки и игрушку к месту упокоения любимой собачки. Увидев меня, она не смутилась, подняла с земли кусок камня и сказала:

– Посмотрите, сволочи какие! Плиту мне могильную сломали!

Стало интересно, и я подошел поближе. Выяснилось, что она заказала собаке памятник из какого-то напоминающего гранит материала, однако вандалы не просто вырвали его из земли, но и разбили. Судя по повреждениям, били чем-то металлическим, причем поблизости мы нашли еще несколько точно таких же сломанных плит, а кое-где было видно, что могилы пытались сровнять с землей.

Остается лишь догадываться о том, кто это мог сделать. По соседству с кладбищем находится летнее кафе, куда горожане приезжают семьями, чтобы покушать шашлыка, да и вообще культурно отдохнуть. Так, может быть, это у его работников нервы лопнули или у жителей находящихся в трехстах метрах многоэтажек? Просто если бы за дело взялся департамент городского хозяйства либо нанятые им подрядчики, то, наверное, подобным вандализмом дело не ограничилось и кладбище полностью ликвидировали. Возможно, когда-нибудь это и произойдет (нюанс заключается в том, что незаконные захоронения находятся в зарослях и спецтехнику туда не загонишь), а пока народ продолжает закапывать там своих любимцев. Впрочем, некоторые просто привозят и бросают трупы, даже не соблаговолив присыпать их землей.

В надежде, что продолжение велопутешествия будет позитивнее его начала, я помчался к центру леса и уже минут через десять оказался в тех местах, где деревьев почти не осталось. По дороге встретилось несколько интересных полянок, на одной из которых стоял длинный стол с натянутой клеенкой (как будто свадьбы там отмечают), а другая приспособлена для тренировок метателей ножей и топоров. Они притащили откуда-то деревянный поддон, который стоял прислоненным к дереву и был весь в характерных от попадания острых предметов отметинах. Самих мастеров владения холодным оружием поблизости не было (наверное, к вечеру собираются), однако не факт, что они стали бы откровенничать по поводу своего увлечения и цели тренировок.

А вот и оно… растянувшееся на много километров поле. Сейчас нет особого смысла размышлять над тем, кто не уберег лес, а вот прийти и посмотреть, что мы в итоге получили, стоит каждому из горожан. Словами это не опишешь, да и фотография не сможет показать масштабность. Повсюду – трава высотой по грудь да редкие молодые березки, видимо, начавшие расти уже после пожаров. Что касается массовых посадок елей и сосен, которые проводят в Тольятти уже семь лет, то результаты их хорошо видны. Некоторые из деревьев уже доросли до новогоднего состояния (то есть они такого же размера, как те, которые ставят в декабре в квартирах), ну а некоторые еще совсем маленькие.

Впрочем, никто и не говорил, что лес восстановится за десять лет. Ждать придется минимум тридцать – и это при условии, что удастся избежать новых пожаров. А они вполне возможны, ведь подрядчики, вычищавшие территорию, оставили после себя много сухостоя, а в тех местах, куда они не дошли, можно лицезреть много засохших поваленных деревьев. Достаточно небольшого человеческого воздействия – и быть беде.

Кстати, недавно один из активистов велопатруля Виталий катался по лесу Комсомольского района и обнаружил две емкости с бензином. О «добрых» намерениях заготовивших его людей рассуждать не будем, однако это лишний раз подтверждает, что обстановка достаточно напряженная. Люди по лесу ходят разные. Встречаются странные, а для бомжей там вообще рай (если не обращать внимания на комаров), ведь можно соорудить отличный шалаш и жить там до наступления холодов.

Однако вернемся к велопутешествию, тем более что мне наконец удалось добраться до зарослей малины примерно посередине между Автозаводским и Центральным районами. Людей до этого места доходит немного (особенно сейчас, когда действует запрет), так что ярко-красный цвет ягод порой перебивает окружающий зеленый. Примерно за полчаса удалось наполнить пластмассовый контейнер (поместилось там примерно полкилограмма), причем малина хоть и мелкая, но сладкая и ароматная. В общем, ничуть не хуже, чем на рынке.

– На продажу собираете? – услышал я голос за спиной и поначалу даже испугался.

Повернув голову, увидел пару средних лет с палками для скандинавской ходьбы. Женщина с любопытством смотрела на мой контейнер, а мужчина в это время поедал ягоду с близлежащих кустов.

– Ну что вы, – говорю. – Это я так… Домашних немного порадовать. Видите, тут ее сколько. Можно с ведром приезжать.

Набрать, наверное, действительно можно много, однако занятие это долгое и утомительное (особенно для тех, у кого лет дачи), а к тому же я, поехав в шортах, расцарапал ноги колючками и ощутил воздействие крапивы. Не давала покоя и мысль о клещах, хотя не совсем понятно, зачем им сидеть в чаще и ожидать, что кто-то случайно туда залезет. В общем, время тянулось так медленно, что каждая из собранных ягод оставила след в памяти.

Дальнейший маршрут пролегал мимо санатория «Лесное», правда, мне так и не удалось обнаружить следы июньских пожаров. Говорят, что полыхало так, что даже вертолет пришлось использовать для тушения, однако, сделав полукруг вокруг забора, я не увидел поблизости ни одного выгоревшего участка. Видимо, возле – понятие условное.

Зато неподалеку от «Лесного» нашел улицу Санаторную, на которой расположилось несколько десятков деревянных жилых домов барачного типа. В одном из них на подоконнике стоял мальчуган лет четырех в одних трусах, который грозил мне кулаком и кричал:

– Уезжай отсюда!

Больше никого из местных жителей увидеть не удалось, хотя, судя по обилию припаркованных автомобилей, многие из них были дома. Кстати, среди бараков красовались два коттеджа, что дало дополнительный повод для размышления, ведь построили их в самом сердце леса.

Назад ехал по недоделанной дороге из камней и песка, соединяющей улицу Родины и Ленинский проспект. Той самой, против строительства которой большинство горожан проголосовали 18 марта. Специально сделал несколько снимков, чтобы читатели сами убедились: довод «ну всё равно лес сгорел, поэтому можно дорогу делать» является ложью. Пожар здесь почти не тронул деревья, а это значит, что для прокладки магистрали потребовались бы масштабные вырубки, которые окончательно погубили зеленые легкие города.

Если и делать дорогу, то узкую – исключительно для велосипедистов и пешеходов, чтобы люди могли ездить на работу из одного района в другой или просто кататься, вдыхая свежий лесной воздух. Автомобилям здесь точно делать нечего!

Илья Просекин, «Вольный город Тольятти»
Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 30 (1209) 27.07.18
Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

Источник

Последние новости